
Новозаветная христология
20/07/2025
Что значит «святая» церковь?
23/07/2025Единая святая, кафолическая и апостольская церковь
«Одна нация под Богом, неделимая, со свободой…» Мы все произносим эти слова. Кто-то не соглашается с ними (особенно с выражением «под Богом»). Но действительно ли это так? Действительно ли Соединенные Штаты Америки — единая нация? «Более совершенный союз», к которому стремился Линкольн, сложно назвать совершенным, если говорить о гармонии. Наша нация очень раздроблена в моральном, философском и религиозном отношении. Однако мы по-прежнему сохраняем внешнюю оболочку формального и организационного единства. Мы находимся в союзе, в котором нет единства.
То же самое справедливо и в отношении единства в христианской церкви. «Единство» церкви — это один из четырех классических терминов, которые описывают ее сущность. Согласно определению Никейского собора (325 г. н. э.), церковь является единой, святой, кафолической и апостольской.
Лишь немногие из современных церквей стремятся быть апостольскими. И, похоже, еще меньше общин стремятся сохранять святость. Когда в сознании членов церкви эти две характеристики оттесняются на второй план, разговоры о кафоличности и единстве превращаются в пустую болтовню.
В организационном смысле церковь безнадежно раздроблена. С момента зарождения экуменического движения в церкви произошло больше расколов, чем слияний. О кризисе разобщенности начали писать на первых полосах газет после того, как руководство Епископальной церкви посвятило в сан епископа нераскаявшегося гомосексуалиста.
Так, может, единство церкви — это ложная надежда? Действительно ли история церкви доказывает, что это просто иллюзия?
Чтобы ответить на эти вопросы, следует рассмотреть природу единства церкви.
Прежде всего, самым глубоким и значимым проявлением единства церкви является ее духовное единство. Конечно, в вопросе о единстве церкви невозможно отделить формальное от материального, мы можем и должны различать эти два понятия.
Именно у Августина Великого мы находим наиболее глубокое учение о различии между видимой и невидимой церковью. Проводя это классическое различие, Августин не имел в виду, что существует две отдельные церкви, одну из которых видно невооруженным глазом, а другая незрима для людей. Итак, можно ли сказать, что Августин учил о существовании тайной церкви и церкви, которая у всех на виду?
Нет, он учил, что есть церковь внутри церкви. Августин основывал свое учение на учении нашего Господа о том, что до тех пор, пока Он не очистит и не прославит Свою церковь, в этом мире в ней всегда будет не только «пшеница», но и «плевелы». Плевелы — это сорняки, которые растут вместе с цветами в саду Христа.
Зная, что в церкви есть и пшеница, и плевелы, мы понимаем, что в ней верующие сосуществуют с неверующими, возрожденные — с невозрожденными. Именно это имел в виду Августин, когда писал, что церковь — это «смешанное тело» (corpus permixtum). Невидимая церковь — это церковь, которая состоит из истинно верующих. Это церковь, в которую входят возрожденные или, как отмечал Августин, «избранные».
Христос ясно говорил, что есть некоторые и даже многие, кто исповедует веру, но на самом деле не имеет ее. Это серьезное предостережение является кульминацией Нагорной проповеди:
Не всякий, говорящий Мне: «Господи! Господи!», войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного. Многие скажут Мне в тот день: «Господи! Господи! Не от Твоего ли имени мы пророчествовали? И не Твоим ли именем бесов изгоняли? И не Твоим ли именем многие чудеса творили?» И тогда объявлю им: «Я никогда не знал вас; отойдите от Меня, делающие беззаконие» (Мф. 7:21−23).
В другом месте Христос отмечал, что люди чтят Его устами, а сердца их далеки от Него. Плевелы говорят своими устами, что они трудились ради Христа. Но Христос отречется от них. Он попросит их (точнее, повелит им) отойти от Него. Он скажет, что они никогда и не были частью Его истинной церкви. «Я никогда не знал вас». Это не бывшие овцы, которые стали козлами. Это сыновья и дочери Иудины, которые с самого начала были неверующими.
Кроме того, мы читаем слова Христа о том, что те, кто объявляет себя верующими, но на самом деле не возрождены, — это «многие». По этой причине мы не должны делать поспешных выводов об эффективности наших методов и приемов евангелизации. Мы склонны довольно оптимистично воспринимать нашу «евангелизационную статистику», если мы считаем истинно обращенными всех, кто принимает призыв выйти перед собранием, принимает «решение последовать за Христом» или произносит «молитву покаяния». Эти инструменты всего лишь показывают, что человек заявляет о своем обращении, но они не позволяют нам заглянуть в его сердце. Единственный признак обращения человека, который мы можем увидеть, — это плоды его обращения. Но даже плоды могут быть обманчивы. Бог, и только Бог, знает, что в человеческом сердце. А мы судим о состоянии человека только по внешним признакам.
Августин также считал, что невидимая церковь фактически существует внутри видимой церкви. В редких случаях истинно верующий может не быть частью видимой церкви, если ему препятствует Божье провидение. У разбойника на кресте не было возможности посещать занятия для новообращенных в поместной церкви.
Однако в большинстве случаев истинные члены невидимой церкви Христовой находятся внутри видимой церкви. Несмотря на то что один истинно возрожденный человек принадлежит к одной видимой церкви, а другой — к другой церкви, оба этих верующих входят в состав одной истинной, невидимой церкви.
Союз верующих основан на мистическом союзе Христа и Его церкви. В Библии говорится о том, что возрождение человека можно сравнить с двусторонней сделкой. Каждый, кто обращается к Богу, начинает пребывать «во Христе», а Христос начинает обитать в верующем. Если я во Христе и вы во Христе и если Он в нас, это значит, между нами существует неразрывное единство во Христе.
Первосвященническая молитва Христа в 17-й главе Евангелия от Иоанна о единстве Его последователей — это вовсе не неудачная и не осуществившаяся молитва. Богу было угодно создать единство среди верующих, пусть и невидимое, но вполне реальное. Эта общность коренится в одном Господе, одной вере и одном крещении.
Эта статья была первоначально опубликована в блоге служения «Лигоньер».


