Первый спор: Августин против Пелагия

Пелагианский спор стал самым значительным спором в ранней церкви, связанным с учением о спасении. Этот спор V века определил все последующие дискуссии на эту тему, включая сотериологические споры эпохи Реформации XVI века. С одной стороны выступали Пелагий, Целестий и Юлиан Экланский, а с другой — Августин и Иероним. На более позднем этапе Иоанн Кассиан занял позицию, которую позже назвали полупелагианством. Однако в этой статье мы сосредоточим внимание на основных положениях учения пелагиан.

Кто такой Пелагий?

Пелагий был британским монахом, и, чтобы понять пелагианский спор, важно учитывать контекст монашества. В III веке в христианстве возникло аскетическое движение, которое привело к развитию монашества. Монахи — поодиночке или в общинах — вели строгую аскетическую жизнь, чтобы достигнуть спасения. Аскетизм включал разнообразные практики, с помощью которых монах учился обуздывать телесные желания и стремился к единению с Богом.

Августин не отвергал монашескую жизнь, но в десятой книге «Исповеди» он записал известную молитву: «Дай, что повелишь, и повели, что хочешь». В этой молитве он просит Бога дать ему силу исполнить Его заповеди. Пелагий считал, что такая молитва подрывает весь уклад строгой монашеской жизни, потому что даёт ленивым монахам оправдание непослушания: «Бог виноват: Он не дал мне благодати, чтобы я повиновался Ему». Поэтому Пелагий отверг позицию Августина.

Отвержение первородного греха у Пелагия

Чтобы понять суть спора, нужно рассмотреть основные положения учения Пелагия и Целестия. Прежде всего Пелагий отвергал само понятие первородного греха. Он долго спорил с манихеями, которые утверждали, что человек, обладая материальным телом, по природе зол. В ответ Пелагий утверждал, что человек по природе добр, потому что Бог его создал.

Когда Пелагий слышал, как такие учители, как Августин, говорят, что человек создан добрым, но стал испорченным вследствие грехопадения Адама, ему казалось, что это слишком похоже на манихейство. В ответ он утверждал, что грех Адама повлиял только на самого Адама. По его мнению, мы грешим, подражая Адаму, но не потому, что наша природа испорчена. Как потомки Адама, мы перенимаем привычку грешить через подражание, подобно тому как дети естественно перенимают привычки и речь родителей. Со временем привычка грешить, подобно речевому акценту, укореняется.

Особое понимание благодати у Пелагия

Пелагий отрицал, что в его учении нет места благодати, однако его понимание благодати трудно понять, потому что оно резко отличается от других учений о благодати — как римско-католического, так и протестантского.

Во-первых, по Пелагию, Божий дар откровения в Писании — это проявление благодати. Бог не был обязан давать нам Свой закон. Во-вторых, дар Иисуса Христа — это благодать: теперь у нас есть новый Адам, которому мы подражаем. Если мы подражаем Христу, мы постепенно формируем новую привычку послушания, и поскольку Христос безгрешен, мы также можем достичь безгрешности, если делаем правильный выбор. В-третьих, и это главное, сама человеческая природа — это дар благодати. Мы не просили, чтобы Бог нас создал. Нам по природе дана способность выбирать добро или зло. Эта способность — незаслуженный Божий дар. Иначе говоря, Бог по благодати дал нам свободную волю, благодаря которой мы выбираем подражать Христу, а не Адаму. Поэтому Пелагий также утверждал, что спасение совершается по благодати.

Ответ Августина

Августин ответил, что Пелагий совершенно не понял проблему человека и поэтому ошибается относительно её решения. Отвергнув первородный грех и испорченность человеческой природы, вызванную грехом Адама, Пелагий создал учение о благодати, которое на деле не является благодатью. Августин настаивал, что существует огромная разница между состоянием человека до и после грехопадения Адама. Он также утверждал, что испорченная природа Адама передаётся всем его потомкам. Для Августина благодать — это Божий дар грешникам, не заслуживающим его.

Важно понимать, что некоторые аспекты учения Августина о благодати повлияли на формирование средневекового (а значит и современного) церковно-сакраменталистского учения о спасении. Однако в пелагианском споре решающим стала библейская истина о первородном грехе. Это учение подробно изложили каноны Оранжского собора (529 г.). Если человек неверно определяет проблему греха, то он не сможет правильно понять и её решение — учение о спасении.

В следующей статье мы рассмотрим, как римско-католическая церковь, сохранив учение о первородном грехе, сформировала искажённое учение о спасении, потому что неверно поняла другой аспект проблемы человека.

Эта статья была первоначально опубликована в блоге служения «Лигоньер».